Их помнит Нью-Йорк

 

ХАИМ ГРОСС

Text Box:

Есть на Украине в Карпатах поселок Межгорье, где 17 марта 1904 года в семье торговца пиломатериалами Моисея Гросса родился десятый ребенок – сын, которого назвали Хаимом (Chaim Gross) и которому судьба предначертала стать одним из выдающихся американских скульпторов.

Местечко Воловое – так называлось Межгорье в то время – и город Коломыя, куда семья Гроссов переехала в 1911 году, были в составе австро-венгерской Галиции. С началом Первой мировой войны Галиция превратилась в поле сражения между австрийской и российской армиями. Учиненные казаками жестокие еврейские погромы, которые едва не привели к гибели родителей Хаима, вынудили семью покинуть дом. Они возвратились, когда Австро-Венгрия в 1915 году вернула себе Коломыю.

По окончании войны Хаим уехал в Будапешт и поступил в художественную школу, где учился под руководством венгерского художника Бела Уитца, но новый режим Миклоша Хорти распорядился всех иностранцев выселить из Венгрии в Австрию, и Хаим продолжил учебу в Вене в Kunstgewerbeschule (Школа искуств и ремесел).

Учился там он недолго: его старший брат Нафтоли, эмигрировавший в Америку еще в 1914 году и к этому времени получивший признание как еврейский поэт и писатель, прислал Хаиму деньги на переезд в США, и  в марте 1921 года Хаим Гросс прибыл в Нью-Йорк.

Началась жизнь нищего эмигранта, одержимого страстью к искусству. Работая днем разносчиком продуктов за жилье, питание и скудную зарплату, Хаим вечерами посещал художественную школу Образовательного Альянса (Educational Alliance), платя по три цента за урок. Там он сдружился со студентами, многие из которых были эмигрантами или детьми эмигрантов из России и впоследствии стали известными художниками и скульпторами.

Один из них, талантливый Лео Джекинсон, рассматривая рисунки Хаима, нашел в них очень точное отображение трехмерности объекта и посоветовал ему попробовать себя в скульптуре. «Это был бесценный совет, – говорил впоследствии Гросс, – потому что я быстро понял: именно такая форма творчества больше всего подходит мне». В 1922 году он поступил в Художественный институт дизайна (Beaux-Arts Institute of Design), готовивший архитекторов, скульпторов и художников настенной живописи. Четыре года Хаим ухитрялся утром работать разносчиком, днем учиться в институте дизайна, вечером посещать уроки в художественной школе Альянса.

Проучившись еще два месяца в художественной школе Лиги студентов искусства Нью-Йорка (Art Students League of New York), Хаим решил начать карьеру скульптора. Он бросил работу, прекратил посещать занятия и снял маленькую комнату в качестве студии. Однако одно дело сотворить скульптуру, а другое – продать ее, поэтому он несколько лет перебивался случайными работами, не оставляя, впрочем, надолго скульптуру.  Однажды ему отчаянно понадобились деньги, и он уехал на несколько недель в Атлантик-Сити поработать мойщиком посуды в отеле. Перед отъездом он написал друзьям прощальное письмо, прочитав которое, они решили, что их друг покончил жизнь самоубийством. По иронии судьбы, мнимое самоубийство Хаима имело последствием первую его продажу: некий коллекционер, услышав печальную новость, купил одну из работ «покойного» Гросса.

В 1927 году Хаим вернулся в  художественную школу Образовательного Альянса, но уже в качестве преподавателя: два вечера в неделю он вел курс резьбы по дереву. Он начинал эту работу в качестве случайного заработка, но задержался на ней на долгие 60 лет. Среди его студентов были многие известные скульпторы, в том числе Луиза Невельсон.

Обучая студентов, Хаим Гросс и сам продолжал совершенствовать свою технику резьбы. В то время большинство скульпторов делали из глины модель, по которой мраморщики-камнетесы изготавливали из мрамора скульптуру. Гросс принадлежал к небольшой группе талантливых американских скульпторов, которые в первых десятилетиях 20-го века порвали с этой традицией и стали работать непосредственно с естественным материалом – камнем и деревом. Гросс время от времени работал с камнем, но дерево для него было самым любимым материалом, и эта любовь, по его словам, возвращала его в раннее детство, когда отец торговал пиломатериалами из обширных карпатских лесов.  Студентом он находил в нью-йоркских лесных складах необычную древесину со всего мира, которую прежде никто не использовал для скульптуры, но в диапазоне ее цвета и богатой текстуре Гросс видел большие возможности.

В 1930 году Гросс, несмотря на финансовые трудности, решился на аренду необходимой ему студии побольше. Он много выставлялся в групповых экспозициях, но его персональная выставка состоялась лишь в 1932 году: художник Манфред Шварц предоставил ему место в своей галерее.

Text Box:  
Хаим Гросс у скульптуры «Семья Линдберга».
1932.
В марте 1932 года произошло событие, которое потрясло всю Америку: был похищен и убит полуторагодовалый сын Чарльза Линдберга, знаменитого авиатора, первым перелетевшего Атлантический океан в одиночку. Гросс отозвался на трагедию скульптурой “Lindberg Family” («Семья Линдберга»), в которой он достаточно условно изобразил крыло самолета, Линдберга, его жену и ребенка на верху вертикальной скульптуры. Скульптура впоследствии была экспонатом многих выставок.

Text Box:  
Хаим Гросс и Рене Нечин Гросс.
1942.
 В декабре этого же года Хаим женился на Рене (Ребекке) Нечин, еврейской девушке, родившейся в Литве и приехавшей в Штаты с родителями после Первой мировой войны. Молодые начали совместную жизнь в квартире над новой студией Хаима.  Рене Гросс была верной помощницей мужа до конца его жизни и продолжала поддерживать деятельность созданного ими в 1988 году фонда The Renee and Chaim Gross Foundation до своей кончины в 2005 году. У них было двое детей – сын Иегуда и дочь Мими.

30-е годы – годы депрессии – были очень тяжелыми для Гросса. Как и многие его товарищи, он сохранил себя как скульптора благодаря государственной программе поддержки художников Public Works of Art Project (Общественные работы Арт проекта). По этой программе Гросс проводил занятия ваяния, делал скульптуры для школ, колледжей и федеральных учреждений. В 1935 году он выиграл конкурс на создание скульптур почтальонов для здания почтамта в Вашингтоне. Два павильона Всемирной выставки 1939 года в Нью-Йорке были украшены произведениями Гросса. Все эти работы принесли ему признание критики, спрос музеев и частных коллекционеров на его творчество.

В 1938 году кинорежиссер и историк Люис Джекобс снял 30-минутный фильм о Гроссе. Фильм назывался “Tree Trunk to Head” («Ствол дерева превращается в голову») и демонстрировал работу скульптора над портретом жены, которая послушно позировала мужу. В дальнейшем Гросс иногда использовал фильм на своих занятиях.

Text Box:  
Хаим Гросс.
Играющая мать.
1961.